golovac

Categories:

Тяжелая судьба. Ой ли?

Напомню о содержании предыдущей серии. На Серафимовском кладбище обнаружилась ухоженная могила актера Николая Крюкова, исполнителя главной роли в фильме моего детства «Последний дюйм». Естественно, поинтересовался его биографией. Чем замечателен, кроме того, что играл под мелодию «16 тонн», крепко запавшую мне в память. Оказалось, что снимался он много- более 100 ролей. Главных больше не было, но фильмы были приличные, на слуху, да и созданные им образы многим запомнились. Наиболее свежий персонаж- полковник Моран из «Приключений Шерлока Холмса»

А в это время мистер Холмс борется с профессорам Мориарти на краю Рейхенбахского водопада.
А в это время мистер Холмс борется с профессорам Мориарти на краю Рейхенбахского водопада.

Были и «Поднятая целина» и «Петровка 38» и «Смерть под парусом», но мне запомнился негодяй Дункель из фильма «По тонкому льду». Не помните фразу :«Спокойно, Дункель!»? А у нас в школе это была расхожая присказка по любому поводу.

Вот такой нехороший Дункель!
Вот такой нехороший Дункель!

В Википедии натолкнулся на упоминание о тяжелой судьбе актера. Из блокадного Ленинграда в феврале 42-го его, практически обезноженного от голода, вывезли вместе с труппой театра Радлова на самолете в Кавминводы. В Пятигорске всех откормили и выпустили на сцену играть всякую классику- Шекспира, Гольдони и прочее. Недолго музыка играла и неслись аплодисменты. В августе пришли фашисты, а эвакуация запоздала. Вся оккупация города длилась 155 дней, в течение которых советские артисты продолжали выступать на сцене! А далее в январе 43-го немцы вывезли их в Запорожье, снова выпустили перед публикой. В октябре жарко стало и на берегах Днепра, драп привел остатки труппы в Берлин. А там бомбежки и рассосались артисты мелкими группами- кто на север Франции, кто на юг, а некоторые остались в столице Рейха. В августе 44-ого на юге Франции высадились союзники. Радлов и компания (вместе с Крюковым) выступали в Марселе, в начале 45-го перебрались в Париж и полетели в Москву. А там — всем сестрам по серьгам, а Крюкову запретили играть в театрах Москвы и Ленинграда. И только в 56 году его карьера перезапустилась через съемки в кино. Было ему на тот момент 41 год. 

И так меня заинтриговала эта «тяжелая судьба», что полез я копаться-разбираться. Выяснилось, что артисты довольно часто вольно или невольно оказывались на оккупированной территории. Интересно, что фашисты проводили в отношении деятелей искусств политику лояльности, используя их по прямому назначению. Кормили, поили, обеспечивали реквизитом, разрешали выступать и даже не сильно мучили цензурой, таскали за собой во время отступления аж до Берлина! Но вернемся пока к труппе Радлова, который был немцем по крови (в Россию перебрался его дед, а папа уже заведовал Публичной библиотекой в Петрограде), а потому шпрехал без проблем. Он легко договорился с комендантом Пятигорска о спектаклях и пайках, а позже и о эвакуации театра. Некоторые актеры  никуда не поехали, а остались встречать Красную армию. Надо прямо сказать, что немцы силком никого в вагоны не запихивали, просто сообщали когда и откуда отправляется состав. Есть воспоминания гримерши театра, где она упоминает, что часть труппы молча осталась в городе, а она сама честно предупредила руководителя, что на вокзал не придет. Выходит- эвакуация дело добровольное. Напомню- Крюкову в этот момент 27 лет, его шефу Радлову- 50. Однако, большая часть труппы (вместе с гражданами еврейской национальности- чем думали?) поехала в Запорожье. И в Пятигорске и в Запорожье ленинградский театр был не единственным выступающим коллективом. На Минводах публику развлекал еще театр Оперетты, а на Украине они делили с сцену с украинским коллективом. Да, почти в каждом областном и районном центре на оккупированной территории СССР работали театры. Успешно, плодотворно, практически нон-стоп. Столь же бесперебойно работали кинотеатры. Крутили и советские фильмы и немецкие. Иногда с субтитрами, иногда с предварительным пересказом сюжета. Причем все это за деньги- этакая самоокупаемая пропаганда. В трезвом расчете немчуре не откажешь! Есть статистика по проданным билетам- за второе полугодие 43-года население оккупированного Северо-Запада выкупило у проклятых завоевателей 20 000 000 билетов. Хотите верьте, хотите-нет. У меня был шок и недоверие к цифре, ибо получается, что ежедневно 100 000 человек на небогатом народом Северо-Западе ходили в кино. Попахивает приписками. Но театры работали, мемуаров на сей счет море. Причем большинство артистов вполне добровольно прошествовало до Берлина. В голове не укладывается, честно. 

На секунду отвлекусь от театра, но не от Пятигорской эвакуации. После Сталинграда фашисты резво покатились с Северного Кавказа. Еще более стремительно, чем отступали полгода назад разбитые полки Красной Армии. И тем удивительнее было, на мой взгляд, что вместе с вермахтом на Запад потянулись колоны беженцев. Более 300 000 человек ушли с немцами. Штатские, с семьями! Это просто звездец! И фашисты их не бросили, давали маршруты, планировали ночлег и выдачу харчей. Когда же половина беженцев оказалась отрезанной от фатерлянда   на Таманском полуострове, их на судах вывезли в Крым! Не бросили! Вот ей-богу, ни одних,  ни других не понять.

Но снова к театру. В Берлине функционировала организация, по координации всех деятелей культуры с просторов Негермании. Все у них было по полочкам- кто-то отвечал за трудовую армию, кто-то за еврейский вопрос, а кто-то за «творчество». Вот это-та контора и раскидала радловцев по разным сторонам. Те, которые рванули на север Франции, должны были обслуживать строителей «Атлантического вала» всех национальностей и власовцев, обитающих в тех краях. Выдвиженцы на юг, среди коих был и наш герой, сперва тусовались километрах в 15 от Сан-Тропе,

Ля Фоссет, здесь "мучились" люди трудной судьбы.
Ля Фоссет, здесь "мучились" люди трудной судьбы.

 а уж потом, после высадки союзников в августе 44-го, пели и плясали в Марселе. Источники утверждают, что актеры перебрались в начале 45-го в Париж и обратились в специальную комиссию, способствующую их возвращению на Родину. Ага! Комиссия была, но в ее функционал входило возвращение в СССР всех «временно перемещенных лиц». Это если мягко выражаться. Сюда же чохом и все власовцы попадали. Правда, мемуары свидетельствуют, что немногие представляли свою дальнейшую судьбу. Артисты Театра эстрады, например, доехали и до Москвы и до Театра. Там им искренне обрадовались и обещали отправить в санаторий и ввести в репертуар. Ночью их забрали, влепили по 4-5 лет лагерей. При том, что попали они фронтовой бригадой в окружение в 41-ом под Вязьмой, а до России дошли практически от Берлина самостоятельно. Этих же, которых выковыривали с Лазурного берега, забрали у трапа самолета. И всем раздали- Радлову с женой(руководитель театра, орденоносец, 53 года и заведующая литературной частью, 54 года) и  Тамаре Якобсон (прима театра, еврейка, 48 лет) — по десять лет лагерей (реально- театры в рыбинском и норильском лагерях). А вот Николаю Николаевичу Крюкову (30 лет) - запретили играть в театрах Москвы и Ленинграда. Первое, что приходит в испорченную голову- послабление вышло за сотрудничество со следствием. Но и это не так! Стоило Радлову освободиться в 53-ом году и начать работать в Рижском театре, как он сразу же пригласил к себе Николая Крюкова. Значит не было обиды, не считал стукачем.

Вот так по разному складывались судьбы артистов в СССР. Жена Радлова умерла в лагере от инсульта. Сам Радлов прожил всего 3 года на воле. Солистка Московского мюзик-холла, а потом Театра Сатиры, самая богатая и красивая актриса Москвы предвоенных лет (по воспоминаниям театралов)  В. Г. Токарская, повторившая практически судьбу труппы Радлова, хлебнула и лесозаготовок и  подмостков Воркутинского театра. Зато завершила карьеру бенефисом на сцене Театра Сатиры в 88 лет!   

Это про тех, кто всю войну отступал с немцами и играл под их присмотром. А прочих- не счесть. Сидели, как многие жители страны, но зачастую в облегченном — театральном — режиме. Хотя, не дай Бог, такого «послабления» никому. 

Так какой вывод? Не стал бы утверждать, что судьба Николая Николаевича была необыкновенно тяжелой. В то время да за такие гастроли по Европам можно было огрести значительно более серьезные неприятности. Хотя песня про 16 тонн и сам «Последний дюйм» мне по-прежнему  нравятся.

Error

default userpic
When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.